космическая фантастика Бог есть там, где есть вероятность, и бога нет там, где есть закономерность!
Скачать книгу "Я" через Интернет можно только здесь, на сайте ее автора
Скачать бесплатно научно-фантастическую книгу
Добавить в избранное
Статьи автора







Отзывы о книге

Футбольная карьера.

Отрывки из книги писателя-фантаста

До этого я играл в футбол только в далеком детстве, поэтому я внимательно наблюдал за своим поведением в разных ситуациях на поле. Я обнаружил, что могу достаточно легко обыгрывать защитников и забивать мячи. Сам мяч, которым мы играли, был, как и все футбольные мячи, не однотонный, а с регулярным рисунком, поэтому по вращению рисунка я легко определял скорость и направление кручения, а по траектории полета - скорость и направление его движения. Всех эти данных мне вполне было достаточно, чтобы ответить на вопрос, как летит мяч. Силу ветра я  оценивал самим собой, своей собственной кожей, а затем очень точно наносил удар ногой.
В итоге, качество удара зависит от множества факторов, но в основном оно зависит от скоординированности движений всего тела в момент удара; от этого же зависит и качество техники владения мячом в целом, а значит, и возможность обыграть противника.
А у меня был бесценный опыт Халы, опыт бесчисленных схваток, когда я настигал животное со скоростью более ста километров в час и в коротком молниеносном поединке решал судьбу своего обеда. Те создания мира Халы, на которые мне приходилось охотиться, ни  в чем не уступали мне, а по скорости бега в основном превосходили меня - охота на них была очень трудна и опасна - в борьбе с ними я мог рассчитывать только на свою сосредоточенность, аккуратность, отсутствие ошибок и продуманность всех своих действий. Действуя в таком ключе, мне, по большому счету, удавалось или вовремя прекратить проигрышный для меня бой, или же найти слабое место и победить.
На Хале скорость моего пространственного мышления, а также быстрота реакций были многократно выше, чем в мире Земли, но здесь я - человек, а значит, скорость моих действий примерно равняется скорости действия остальных людей, но, что самое важное, у меня уровень точности и скоординированности движений на порядок выше, чем у людей, ибо основой этого является мир Халы. Глубинное понимание процессов, идущих в организмах всех живых существ, и человека, в частности, основанное на моей нечеловеческой сущности, позволяет мне, концентрируясь на небольшой промежуток времени, развивать столь мощное усилие, которое развивают профессиональные атлеты, идя к этому путем долгих многолетних тренировок. Мне не нужно было тренироваться - пушечная мощь завершающего удара по воротам давалась мне легко, и без тренировок. В итоге, точность и качество движений, уходящие корнями в мир Халы, скорость обычного человека, а время от времени – молниеносная быстрота плюс сильнейший удар позволяли мне с минимальными усилиями достигать максимального результата.
Я понял все это во время своей пробной игры, когда я еще даже не играл в полную силу, и теперь, после такой пробы, был уверен, что  в карьере футбольного нападающего меня ждет закономерный успех.
(...)
Пенальти я бил много - больше двух десятков раз и всегда забивал. Со штрафного же попадать в ворота было сложнее - мешала стенка, да и бить приходилось не с одного и того же места, но все же, несмотря на эти трудности, я довольно часто забивал голы. Что примечательно, так это то, что практически всегда я запускал мяч по верхним углам ворот: такие мячи труднее всего берутся вратарями, поэтому, нанеся удар именно туда, было больше шансов забить гол. Мимо ворот я не пробил ни разу, и это было одним из следствий моего халанского опыта. В конце концов, я настолько уверовал в свои силы, что стал бить с завязанными глазами, и бить не хуже, чем с открытыми - мяч в любом случае летел в верхние углы ворот, как со штрафного, так и, тем более, с пенальти. Тренер был в восторге, а игроки смотрели на меня с удивлением и с завистью.
(...)
Я никогда не радовался забитым мячам. Для любого другого игрока гол - это сплав удачи и мастерства, символ победы, но никак ни для меня. Я ни разу не бил мимо ворот; за все время моей футбольной карьеры мяч ни разу не пролетел рядом с воротами - иногда он попадал в штангу или же в перекладину, иногда мой удар отбивал вратарь или кто-нибудь из защитников, но само направление удара было именно в ворота, причем максимально трудным для вратаря, не говоря уже о защитниках, которых я стремился оставить в роли статистов. Я всегда бил по верхним углам ворот, бил обеими ногами - и правой, и левой, светило ли солнце или же шел дождь,  - и всегда попадал. Это все Хала, а не Земля, - чему радоваться, если гол закономерен, а не случаен? К тому же, я мог забивать пенальти (а иногда и со штрафного) с закрытыми глазами - это ли не показатель моей нечеловеческой точности? Ты же не радуешься тому, что дом стоит неподвижно - это закономерно, его так построили; так и я не могу радоваться забитому мячу - как же я могу не забить?! Если есть траектория, летя по которой с определенной скоростью, мяч попадет в ворота, то значит, я увижу ее и ударю так, чтобы мяч полетел именно по ней, а не как-нибудь еще.
(...)
Я забивал из любой позиции с расстояния до тридцати метров от ворот, хотя обычно я забивал с расстояния двадцать - двадцать пять метров, а уж с меньшего - тем более. С тридцати-тридцати пяти метров я забивал только со штрафного - мне нужно было время, чтобы сосредоточиться для мощного и точного удара, поэтому с игры на таких расстояниях я забивал плохо - мяч хоть и летел в ворота, но вратарь обычно успевал его поймать. Находясь в центральном круге, мне время от времени удавалось перебросить мяч через вратаря в прямо в ворота. Выйти один на один с вратарем мне мешала моя точность - мне было проще забить мяч, чем обыгрывать сначала защитников, а уж потом и вратаря, правда, время от времени случались такие игровые ситуации, когда передо мною оказывался только лишь один вратарь, - и тогда я или бил, или же обыгрывал, но в любом случае забивал.
(...)
Однажды, в самом начале игры, меня грубо сбили, причинив сильную боль ногам. Судья, кончено же отреагировал на это, но я получил только моральное удовлетворение - боль была настолько сильная, что я не на шутку разозлился. С течением времени она поутихла, однако злость осталась. Прошло всего четверть часа с начала матча и, судя по игре, соперник нам попался слабый, так что мы вполне могли выиграть. Я решил сыграть так сильно, как только мог; на этот поступок меня подвигли следующие причины: моя злость, слабость противника, неудовлетворенность заработной платой и наличие оставшегося большого промежутка игрового времени.
Раньше я ни разу не забивал больше пяти-шести голов за матч, теперь же я был готов на гораздо большее. Я сказал нескольким игрокам, чтобы они играли на меня, что я готов играть очень мощно,  что игра у меня пойдет и что я уверен в своих силах. Мы атаковали, и я стал забивать. Я все время подстегивал своих партнеров, побуждая их идти вперед, не останавливаясь на достигнутом, ведь те голы, которые я уже забил, – этого мне было слишком мало. После пятого гола в первой половине игры соперник перестал интересоваться игрой, он стал лишь обороняться, но обороняться недостаточно собранно, ведь победа была  не достижима, а разгромный счет уже был. Для меня главное - чтобы на достигнутом не остановились игроки моей команды, чтобы они не перестали идти вперед и давать мне передачи. Я принуждал своих партнеров атаковать весь остаток первой половины игры, особенно после шестого забитого мной гола.
В перерыве мой боевой порыв поддержал тренер, и всю вторую половину игры у меня не было повода упрекнуть команду в отсутствии старательности. Я забивал мячи на любой вкус, со всех позиций и даже трижды головой (чего ни раньше, ни позже не делал, и не стремился делать). Мы выиграли с невероятным счетом - лично я один забил больше двадцати голов, а мои партнеры забили еще два.